Меню

Французский иностранный легион одежда

Всё, что нужно знать о Французском Иностранном легионе

Многие люди, связанные с военным делом, зачастую задаются вопросом о продолжении службы и встают перед выбором: остаться на прежнем месте или же попробовать себя в другом деле. Кто-то остается, кто-то переводится в другие части или род войск. Некоторые уходят со службы, и выбирают частные военные кампании. Но есть те, кто идет в Иностранный Легион. О нем сегодня и пойдет речь в нашей статье.

Образ легионера окружен романтикой, созданной массовой культурой: фильмах о сражениях легионеров с врагами Франции, книгах и мемуарах самих бойцов. Но что это же такое на самом деле, Французский Иностранный Легион?

Изначально Легион был создан в 1831 году королем Филиппом I. Легион воевал в Революционных войнах, а затем, верой и правдой служил королю Карлу Х. В то же время, легион использовался и в колониальных войнах, для чего был издан закон о запрете военного использования подразделений Легиона на территории континентальной Франции, действующий, кстати, и по сей день.

Легион принимал участие во всех войнах, которые вела Франция: Крымская война, войны во французских колониях, Первая и Вторая мировые войны, Индокитайская война, участие в операции в Персидском заливе 1991 года, миротворческие операции в Сомали, Югославии, а также участвовали в боевых действиях в Афганистане и Ираке совместно с войсками НАТО.

Согласно историческим источникам, под флагом Легиона с самого основания служило более 700 000 человек. Среди них было и немаоло легионеров русского происхождения. Вот наиболее известные из них: Виктор Финк, писатель, в числе книг которого есть и мемуары о службе в Легионе; генерал-лейтенант Борис Хрещатицкий; министр обороны СССР Родион Малиновский.

Легион имеет 9 бюро набора во Франции, центр предварительного отбора в Париже и центр подбора в Обани, с которого начинают путь все легионеры без исключения. Легион дислоцируется в следующих местах: Франция, атолл Муруроа , Корсика, Куру (Французская Гвианна), Остров Майотта (Коморские острова), ОАЭ.

Состоит Легион из нескольких танковых, пехотных, инженерно-саперных, и парашютно-десантных полков. На данный момент их насчитывается 7.

1-й полк, расположен в Обани, где и располагается командование Легиона.

1-й кавалерийский полк, расположен в гораде Оранж. Примечателен тем, что был основан в 1921 году на основе кавалерии белой армии Врангеля.

1-й инженерно-саперный полк, расположен в Аодан-Л’Ардуаз.

2-й инженерно-саперный полк. расположен в Сен-Кристоль. В его состав входят подразделения водолазов-минеров, и так называемые «пионеры», церемониальное подразделение, открывающее шествие Легиона на парадах.

2-й пехотный полк, дислоцируется в городе Ним.

3-й пехотный полк, расположен в городе Куру, Французская Гвианна, специализируется на операциях в джунглях.

4-й полк, расположен в городе Кастельнодари, учебный полк Легиона.

2-й парашютно-десантный полк, дислоцируется на Корсике, в городе Кальви. В его состав входит подразделение специального назначения.

13-я полубригада DLEM — расположена в Ларзаке.

Отдельная парашютно-десантная рота — дислоцированна на Коморских островах.

Как же попасть в Легион? Для этого, нужно обратиться в один из вербовочных пунктов Легиона во Франции. Оттуда кандидат будет направлен в города Обани, чтобы пройти первичный отбор. Кандидат должен, находясь в карантине и лишенный возможности связаться с внешним миром, пройти физический тест, беседу с психологом и сотрудником контрразведки. И только пройдя такое «собеседование» он подписывает свой первый контракт на пять лет, что и становится начало пути новоиспеченного легионера. Его ждут тяжелый курс молодого бойца, во время которого отсеится большая чать кандидатов, получение звания Легионер 2-го класса, а затем и начало службы. Все это время к легионеру будет довольно суровое отношение, призванное привить дисциплину и проверить солдата на прочность и решимость. По окончанию первого контракта, легионер может получить французское гражданство.

Понравилась статья? Ставьте палец вверх и подписывайтесь на канал!

Источник

Французский Иностранный легион (1920 — 1927 гг.)

Французский Иностранный легион

Род занятий:

Время деятельности:

Родина:

Место действия:

Оружие:

Боевая техника:

Доспехи:

Враги:

Французский Иностранный легион — соединение французской армии, комплектующееся добровольцами — гражданами Франции и других государств. В межвоенный период 1920 — 1927 годов Французские Иностранные легионеры выполняли свой долг в французских колониях в Северной Африке и Индокитае.

Эта статья рассказывает о Французском легионе 1920 — 1927 годов. Если вас интересуют другие периоды в истории данного войска, см. основную страницу: Французский Иностранный легион.

Содержание

История

В послевоенный период 1920 — 1927 годов солдаты Французского Иностранного легиона несли свою службу в Европе и колониях в Африке и Индокитае. Наиболее насыщенными были события в Северной Африке, где вспыхивали восстания и национально-освободительные движения, а легиону было необходимо их подавлять. В Индокитае тогда было относительно спокойно. В Европе легионерам приходилось сражаться с большевиками.

Рифская война

Успехи рифов в войне с Испанией были стимулом к восстанию для многих марокканских племён, в том числе проживавших на территории французской «зоны»; кроме того, снова начались волнения в Джабале. Таким образом, на 1924 год под реальным контролем испанцев в Северном Марокко находились только Сеута, Мелилья, Тетуан, Лараш и Арсила. Фактическим началом участия Франции в конфликте стало размещение блокпостов на границе с испанскими владениями, хотя долгое время французы занимали выжидающую позицию. Однако через какое-то время рифы стали нападать и на французские укрепления, вторгаясь на территорию Французского Марокко и убивая французских солдат. Во время особенно крупного вторжения во Французское Марокко французы остановили рифов на пути к Фесу у города Уарга. После победы в битве при Уарге Франция имела все основания для официального вступления в войну против рифов на стороне Испании.

Французская армия развернула массированное наступление на территории рифов с юга, и именно французы первыми применили против рифов химическое оружие — горчичный газ. 9 сентября 1925 года французские и испанские войска (последние состояли в основном из солдат Испанского легиона) высадились в Альхусемасе; общая численность войск европейцев доходила до почти 300 тыс. человек, командовал объединёнными войсками Анри Филипп Петен, который сменил Юбера Лиоте на посту командующего французскими силами в Марокко. Рифы отчаянно сопротивлялись, но противостоять такой армии не смогли; их главные силы были разбиты, понеся большие потери. Французская и испанская армии начали масштабное наступление по сходящимся направлениям (с юга и севера), и исход войны стал предрешён. Ещё 7 сентября 1925 года был создан плацдарм у Джебель-Амекрана, «орлиного гнезда» аль-Крима, которое было занято 22 сентября. Дорога к Адиру была открыта. Тем не менее, практически тогда же, осенью 1925 года, Франция и Испания вели секретные переговоры с рифами, но они провалились из-за их неприемлемых требований.

В конце войны аль-Крим предпринял совершенно отчаянную попытку — наступление на столицу Испанского Марокко, город Тетуан. Ему удалось подойти к городу и в сражении нанести ощутимые потери войскам Испанского легиона (один из его командиров, Хосе Астрей, был ранен в этой битве), но изменить ход войны это уже не могло, тем более что применение французами и испанцами химического оружия против рифов продолжалось. 27 мая 1926 года Абд аль-Крим сдался французским войскам. Все испанские военнопленные рифов были освобождены, но некоторые офицеры по возвращении в Испанию были казнены за трусость.

Испания, естественно, требовала для Абд аль-Крима смертной казни, но французское правительство предпочло отправить его в пожизненное изгнание на остров Реюньон в Индийском океане; через двадцать один год он получил разрешение на въезд во Францию при условии отказа от политической деятельности, но по дороге бежал с парохода, добрался до Египта и прожил до 1963 года, умерев своей смертью в Каире и активно занимаясь политической деятельностью, возглавляя Комитет освобождения Арабского Магриба.

Национально-освободительное восстание в Сирии

В 1918 году Турция, потерпевшая поражение в Первой мировой войне, утратила свою власть над Сирией, и последняя 1 декабря 1920 года стала подмандатной территорией Франции. Получение Францией мандата на Сирию не встретило поддержки у населения молодого сирийского государства, имевшего своего короля и правительство. Французы разделили страну на 4 «самоуправляемые» территории, которые находились под их фактическим контролем. 18 июля 1925 года в области Джебель-Друз вспыхнуло восстание против французского полуколониального режима. Его возглавил друзский феодал Султан эль-Атраш. Восстание быстро распространилось по всей Сирии. Повстанческая армия заняла Дамаск, где было создано революционное правительство. С лета 1926 года французы повели активные боевые действия против повстанцев, которые перешли к партизанской борьбе. Был взят в осаду Дамаск, против повстанцев использовались танки. Подавив восстание (в июле 1927 года эль-Атраш бежал в Аравию), французская администрация 9 июня 1928 году произвела выборы в Учредительное собрание, а в 1932 году Сирия была объявлена республикой с сохранением французского мандата. В 1943 году он был упразднён.

Читайте также:  Молодежные фасоны платьев для полных девушек

Вооружение

Основным вооружением Французских легионеров в Африке были винтовки Бертье обр. 07/15. В рифской кампании также были распространены винтовки Лебеля М86. Кавалеристы были вооружены карабинами Лебеля-маннлихера-бертье модели Кирасир и Артиллерист и карабинами М1892, которые применялись и пешими легионерами. В Марокко была использована и «помощь» британцев: пулемёты Lewis Mk.I и горные орудия QF 2.95-inch Mountain Gun. Основным оружием поддержки были пулемёты Hotchkiss Mle 1914 и миномёты Стокса-Брандта.

Боевая техника была представлена CA-1 Шнейдером, Рено FT-17 и Renault TSF.

Униформа

Основной униформой Французского Иностранного легиона в Африке 1920 — 1927 годов были мундиры и брюки белого цвета с коричневыми обмотками. Впрочем, встречалась и форма, близкая по цвету к хаки. Этого солдаты добивались окрашивая свою белую форму кофе или чаем. Возможно, что им выдавали и старую униформу времен ПМВ. В качестве головного убора легионеры носили пробковый шлем или кепи чёрного или синего цвета с белым чехлом, который надевался поверх кепи и маскировал яркий головной убор. Чехол так же мог быть окрашен в чае или кофе. Кавалеристы носили брюки цвета тёмного хаки и американские кители того же цвета. Нередко легионеры перенимали и местную национальную одежду, например джеллабы и тюрбаны. В рифской кампании легионеры были очень похожи на солдат, воевавших с большевиками в России — они носили мундир и брюки цвета хаки с кепи и шинелями. При патрулировании в Алжире французы довольно часто носили бонет. Каски легионерами применялись крайне редко, даже если у врага были винтовки.

В Индокитае французские легионеры носили шорты, шлемы французского типа (а не английского), мундиры, рубашки и ботинки. Офицеры же носили мундиры с рубашками и галстуками и открытые мундиры с воротником типа «рубин». В Европе легионеры носили форму цвета хаки, идентичную форме других французских частей времен ПМВ.

Источник

Униформа легиона

Станция парижского метро «Бастилия» — самая светлая. И не потому, что мозаики на стенах напоминают о светлом дне в истории Франции, когда парижская голытьба снесла тюрьму «спецназначения» и страна пошла «другим путем», но не захлебнулась в собственной крови, как Россия, когда выбрала ту же дорожку. Нет, просто станция построена на мостике, соединяющем два берега старого канала, и в весенний день, как в тот, когда произошло описываемое событие, всю ее заливает ласковое солнце.

Уставшие после работы и издерганные повседневной жизнью парижане украдкой бросали на него взгляды. Он не был ни здоровяком, ни красавцем, но чем-то сильно отличался от своих сверстников, гоняющих на скутерах по улицам города или вываливающихся группками из университета, прижав левой рукой к груди книжки, чтобы правой приобнять свою «копин» — подружку. И он вовсе не был похож на тех, что сидят по вечерам в кафе и экономно курят сигареты и надолго растягивают чашку кофе — чтобы подольше побыть с приятелями… На нем была военная форма. Этот парень в белом кепи легионера был из какого-то другого мира, словно маленький принц, свалившийся на эту станцию с другой планеты. И дело было не в том, что солдатик подтянут, выбрит, а форма сидела на нем как влитая. Он не улыбался: он просто весь светился доброжелательностью и открытостью к чужому ему миру людей. Все мы ждали поезда, а он, в свои двадцать с небольшим, — встречи с миром, который прекрасен, а потому будет добр к нему. Я стоял неподалеку и ощущал аромат его молодости и веры в неизведанный еще им мир человеческой подлости и преходящих страстей.

Рядом стояла группка японских туристов, которые всё и вся скупают и снимают во время своего короткого «сежура» в Париже, но даже они не расчехляли своих камер, а только смотрели на него. Когда бесшумно подкатил на резиновых колесах поезд, из вагона вышел неухоженный старик с длинными седыми волосами. Прошел в метре от юноши и замурлыкал себе под нос гимн легиона «Tien, voila le boudin…».

И тогда я понял, что в этом легионере есть шик. Причем шик в самом его французском понимании этого слова: когда прекрасно сидящая одежда на человеке лишь дополняет его внутреннюю красоту.

В тот далекий весенний день на станции метро «Бастилия» и возник замысел этой книги.

В те далекие годы во Франции еще была всеобщая воинская обязанность с обязательным для всех выполнением «священного долга» перед Республикой — то есть не добровольная служба по контракту, как сейчас, а подневольная.

В «Отчем доме» легиона в Сиди-Бель-Аббесе было установлено зеркало высотой два метра: перед выходом в город в увольнение легионер подходил к зеркалу на десять шагов и осматривал, как на нем сидит форма. Рядом с зеркалом уже стоял сержант. Легионер отдавал честь и протягивал увольнительную записку. Сержант окидывал внимательным взглядом убывающего сверху донизу. Особое внимание обращал на складки на рубашке: две вертикальные от карманов до талии и по одной складке в форме «V» на каждом нагрудном кармане. Если оставался доволен осмотром, то отдавал записку и салютовал: «Свободен! Гуляй!» А если нет, то легионер бежал «плиссировать» свою парадную рубашку. Складки — это отличительный знак легионера! Мода на «плиссе» возникла еще в 1935 году и завели ее офицеры. А когда легион был вынужден «американизироваться», то есть надеть форму армии США во время освобождения Франции, то наведение стрелок на брюках и рубашках стало повальным увлечением: только так их можно было отличить от американцев еще издалека! Это тоже «шик» легиона. Другой «шик» — умение отдавать честь старшему по званию. Легионеры делают это часто и с видимым удовольствием. Здесь тоже «к пустой голове не прикладывают», поэтому если на легионере нет головного убора, то он просто хлопает себя по правой ляжке. А для салюта подносят к кепи открытую ладонь, словно говоря: «Нет оружия!» Это тоже древний обычай, который начался еще во время куртуазной эпохи рыцарства.

В Обане тоже есть такое зеркало, правда, размером поменьше. «Не легион меняет человека, а человек меняется в легионе» — эту легионерскую присказку я вспоминаю каждый раз, когда через пару дней, проведенных с легионерами, перед тем как подойти к КПП, стал бросать взгляд на себя в зеркало, а второй раз — выходя из части вечером. Среди подтянутых легионеров в постиранной и наглаженной полевой форме почему-то не хотелось выглядеть уж совсем расхлябанным, «гражданским». Но каждый раз, когда гляжу в это зеркало души легионера, усмехаюсь в ответ выпирающему «майорскому» животу и говорю себе, что надо бы бросить курить и перестать вспоминать былые путешествия. Не мучить за бутылкой старых товарищей разговорами о вселенской неустроенности. Встретить умную и тонкую женщину, которой не нужно ничего доказывать, и завести семью… Сколько таких мыслей пронеслось в головах тысяч перед этим зеркалом в Обане, перед тем как сделать первый шаг в легион?

Легионеру, какой бы ни была его выслуга лет, разрешено носить гражданскую одежду за пределами своего гарнизона. В увольнение чаще всего отправляются «по гражданке», как говорят в нашей армии.

Униформа легионеров не может оставить равнодушным любого, кто интересуется прошлым. Это не только история Франции и ее войн, но и история человеческих отношений. Особый интерес вызывает колониальная форма. В ней постоянно использовались детали одежды и предметы быта местного населения: мексиканские сомбреро и норвежские лыжи-«снегоступы», арабские бурнусы и рубахи гандуры, берберские шарфы шеши и накидки бубу, кожаные сандалии погонщиков верблюдов наиль и испанские тапочки эспадрильи, индокитайские пробковые шлемы и белые кители, так похожие на старую форму наших морских офицеров…

Форму легионеров можно увидеть в Военном музее при Доме инвалидов в Париже, но это — не увидеть почти ничего! Форма представлена и в Музее истории Иностранного легиона в Обане — это уже интереснее, но самая большая коллекция собрана в Музее униформы, на двух этажах старой виллы в Полубье — от первых мундиров «старого легиона» до наших дней, причем манекены стоят в полной боевой выкладке, так что одновременно можно рассмотреть и оружие, и личные вещи. Экспозиция воспринимается как домашняя коллекция, притом что соответствует всем правилам музейного дела.

Гардероб легионера всегда был обширен: ему позавидовала бы любая кокотка. У рядового солдата было несколько комплектов формы: тренировочная, полевая, выходная и парадная. В наши дни прибавилась еще и спортивная. Правда, так было не всегда: после Великой войны, по воспоминаниям кавалеристов Второго полка, в Марокко в двадцатые годы было невозможно нигде раздобыть новую форму, донашивали чужое старье. «Х/б/б/у» или «подменка», как говорят в нашей армии. Но для нас это дело привычное… Современный легионер не ходит к старшине и не просит выдать ему новые штаны взамен порвавшихся: каждый год на его счет переводят определенную сумму, на которую он заказывает себе любой необходимый предмет формы, от куртки «треи» и ботинок до кокарды и трусов. Это деньги «виртуальные», так что использовать их не по назначению, например прокутить в отпуске, невозможно. Все остальное, что легионер считает нужным в своей работе: крепкий нож, надежный фонарь, ботинки «спезназначения», «тактические» перчатки лучшего качества, более удобную «разгрузку» или рюкзак, он покупает сам. В основном по Интернету из любой точки мира, благо военная промышленность многих стран теперь предоставляет профессиональным солдатам огромный выбор.

Читайте также:  Платье футляр юбка солнце

Современная полевая форма легионера ничем не отличается от обычной пехотной, разве что «бананом» — серо-желтой нашивкой на левом плече с надписью желтыми буквами «Legion etrangere» и французским флагом на «липучке» тоже на левом рукаве, на три пальца ниже «банана» (флаг прикрепляют только во время миссий за рубежом). А вот парадную форму легионера ни с чем не спутаешь: красно-зеленые аксельбанты, зеленый галстук, широкий синий пояс под «пистолетным» ремнем (в просторечии — ремень «фамас») и белое кепи. Парашютисты из Второго парашютного еще носят красный аксельбант — цвет ленты высшей военной награды «Легион чести». Красно-белый аксельбант цвета ленты ордена «Военный крест» с 12 сентября 1921 года носят также легионеры Второго пехотного полка в память о совместных операциях с другими родами войск вне территории Франции. Его пропускают под погоном под мышку.

Отличие легионеров от всех прочих солдат французской армии продумано до носков: во всей армии они черные, а у легионеров на параде — зеленые. На параде 14 июля Иностранный легион идет своим «шагом» — он медленнее, чем у остальных солдат, — всего 88 шагов в минуту, в то время как обычный «уставной» шаг — 120 шагов в минуту, а у альпийских стрелков — 140. Этот «медленный» шаг, в отличие от «спортивной ходьбы» по Елисейским Полям альпийских стрелков, в легионе остался еще со времен армии эпохи империи.

Цвета, отличающие Иностранный легион, — зеленый и красный. Зеленый — это цвет надежды, а красный — цвет жертвы. Эта символика осталась от так называемого Второго легиона, сформированного во время Крымской войны из швейцарцев, пожелавших, чтобы в их форме присутствовали цвета национального флага. В результате очередного переформирования Второй легион стал Вторым пехотным полком, а цвета стали для Иностранного легиона отличительными, хотя официального признания пришлось ждать долго. В декабре 1914 года после приказа по армии, обязывающего каждое подразделение сухопутных войск иметь отличительный цвет, легионеры легализовали свой зеленый. Но легионеры, прибывшие в тот же год из Африки, были немедленно переодеты в каски и обычные голубые шинели пехотинцев — «пуалю», что никому не понравилось. Только в конце войны их переодели в шинели цвета хаки. Красный цвет официально разрешили в 1959 году.

В «золотой век» легиона обыватель воспринимал образ легионера в белом кепи как «великого неизвестного», появляющегося во Франции лишь тогда, когда враг стоял уже на подступах к Парижу. Но в те времена белое кепи символом легиона еще не являлось, главным отличительным признаком оно стало лишь в 1964 году. В первые годы после формирования легиона в 1831 году солдаты носили тяжелые красно-черные кивера линейной пехоты. Они совсем не годились для легионеров, которым приходилось воевать в жарком климате Северной Африки. В 1850 году кивер наконец сменили на красное кепи с высокой тульей с черным бордюром, который можно было отвернуть и прикрыть затылок. Кепи в разных вариациях продержалось двадцать лет — до Франко-прусской войны: одно время это была полная копия американских кепи эпохи войны Севера и Юга.

Но главное, что в 1873 году появился чехол из белого ситца, чтобы прикрывать затылок легионера в жаркий сезон в Алжире! К чехлу приделывают тесемки и его можно «подвернуть», не снимая. Это и есть начало истории «белого кепи». Чехол спасает от ожогов и шею, и плечи, помогает перенести нестерпимый полуденный зной в Сахаре. И все же пока его больше носят в Северной Африке, а в Западной Африке и Азии предпочитают более привычный белый пробковый шлем. В 1902 году появляется новая модель кепи: теперь материю, прикрывающую затылок, можно просто отстегнуть! Эта модель плохо прижилась в частях: до 1939 года легионеры носят кепи без «затыльника». В 1932-м новый фасон — белый чехол просто натягивается, а сверху остается отверстие, сквозь которое проглядывает черный цвет кепи. В августе 1933 года обе модели разрешены в качестве головного убора для выходной формы, но до 1946 года их носили только как летнюю форму. И только в 1964 году появляется то самое «белое кепи», что с тех пор считается символом легиона и вручается новым легионерам в торжественной обстановке после окончания курса подготовки.

Манера носить кепи менялась с годами. Лет сорок тому назад особым шиком считалось бесшабашно сдвигать кепи на затылок, как носят голубые береты наши десантники. Сегодня, даже в свободное от службы время, легионеры носят кепи по уставу — «два пальца» над бровью. И не случайно, они же всем французским ребятам пример! Белое кепи в легионе теперь носят только от рядового до сержанта. Головной убор офицеров — черное кепи с красным верхом, как и в других подразделениях сухопутной армии. В полевых условиях кепи заменяет берет, а чаще — кевларовая каска. Бронежилет, «разгрузка» с кармашками для магазинов и гранат, пластиковые «наколенники», защитные баллистические очки из триплекса дополняют сходство с «суперсолдатом» из компьютерной игры-«стрелялки», зато потери среди личного состава — минимальные.

Многие русские представляют себе французов только в беретиках с «хвостиком» на голове (а для восприятия французов неотъемлемый атрибут русских — шапка-ушанка). Так и было еще пол века назад: для французов берет был таким же национальным головным убором, как и для англичан. Не сомневайтесь, «французский» берет значительно отличался от английского! Сегодня береты во Франции можно увидеть только на военных — современные французы их больше не носят, да и вообще, в отличие от австрийцев с ностальгическим пристрастием к шляпам, не носят на голове ничего, в крайнем случае — бейсболку. Та же история с француженками.

В легионе любят подчеркивать, что берет, в отличие от кепи, для них не исконный головной убор. Носить береты легионеры стали во время войны — английские. Тогда войскам «Свободной Франции» пришлось на время забыть о форме своей страны. В Африке они воевали в английской форме с английским оружием, а в Европе — в американской форме и с американским оружием. От «томми» и «джи-ай» внешне отличались лишь нашивками на рукаве и привычкой обматывать шею шарфами… Единственным подразделением, в котором с 1939-го до начала войны в Алжире носили береты хаки, была 13-я полубригада: в Нарвике вместе с британцами высаживались французы в больших беретах (но все же не в таких больших, как берет-«торт» у альпийских стрелков).

Впервые зеленые береты надели в 1948 году на парашютистов Первого Иностранного батальона (впоследствии Второй парашютный полк) перед отправкой в Индокитай. Официально они стали частью униформы во всех парашютных подразделениях, включая алжирские, в июле 1957 года, но именно зеленые, а не красные, как принято у всех французских «пара». Во многом это было сделано и для поднятия боевого духа: в британском спецназе SAS тогда тоже носили красные береты. Парашютистам было предписано носить «свой» берет и с парадной формой, и во время высадки. А с 1959 года зеленый берет ввели в форму всего легиона. На его подкладке — ярлык с надписью «Legio Patria Nostra», а золотого или серебряного цвета кокарда с гранатой и номером полка расположена, в отличие от английских беретов, не над правым глазом, а слева — ближе к уху. И еще одно отличие легионерского берета — он очень маленький, меньше других французских армейских беретов.

Берет принято носить по-разному, но его никогда не сдвигают на затылок!

Эполеты легионера — это широкие зеленые погоны в пышной бахроме красного цвета. Иностранный легион — это последнее подразделение французской армии, где с парадной формой еще носят эполеты и вряд ли когда-либо перестанут, легионеры очень гордятся этим архаизмом на своих плечах.

Читайте также:  С чем носить платье рубашку мини

Эполеты имеют в легионе свою историю. До 1868 года легионеры носили такие же эполеты, как и во всей линейной пехоте: красные с золотым. В 1868-м легион получил эполеты той же расцветки, что и сегодня. Помимо понятий о красоте, считалось, что эполеты прикрывают от сабельного удара. Трижды за свою историю в легионе эполеты запрещали: в первый раз — во время Франко-прусской войны, второй раз — по приказу генерала Леваля с 1885-го по 1887-й, потом — в Первую мировую войну… и забыли отменить приказ. И лишь накануне столетия Иностранного легиона — благодаря хлопотам все того же «отца» и заступника полковника Ролле, начавшимся в 1929 году, — легионерам в 1931-м вернули, наконец, их эполеты. Их носили не только с парадной формой, но и в выходной вечером или в праздники. Во время Второй мировой войны об эполетах снова забыли, а потом и вовсе перестали делать. Лишь в 1947 году стараниями генерала Готье производство возобновилось, и легионеры радостно нацепили на погоны парадных кителей любимые эполеты времен Второй империи. И теперь с ними уже ни за что не расстанутся!

«Шерстяной пояс предназначен для подразделений в Африке» — значилось в приказе экспедиционных сил в 1830 году. Первыми в Иностранном легионе их стали носить офицеры. Длина пояса — 4 метра 20 сантиметров при ширине 40 сантиметров. Для того чтобы обмотать его вокруг талии, легионеру требуется помощь товарища.

Синий пояс-кушак — важный аксессуар парадной формы в наши дни, а в XIX веке легионеры носили его под одеждой для того, чтобы защититься от переохлаждения поясницы и «прострела». Тогда считалось, что пояс спасает от укусов опасных насекомых, комаров и мух, которые вызывают лихорадку или малярию, и предохраняет от кишечных инфекций. С ними не расставались в Алжире, Крыму и Мексике, потому что свято верили в его чудодейственную силу «оберега».

В войска поставляли пояса самых разных расцветок и «синими» они стали только в начале XX века. В сахарских частях их продолжали носить и в период между двумя войнами, а легионеры 13-й полубригады пронесли эту реликвию через всю войну и прошли в них парадом в дни освобождения Парижа в 1945 году.

Легионер — не чиновник, галстук ему вроде бы и ни к чему. Так, разве что в шутку его надеть. Именно так и поступила компания холостых лейтенантов в Сиди-Бель-Аббесе во время одного из своих бесчисленных «попотов» в 1933 году. Приказано было прибыть на попойку в… зеленом галстуке. Именно в зеленом, и ни в каком другом! Так приказал сам «президент»! Шутка понравилась, даже начальник гарнизона полковник Азан «не заметил» явного нарушения формы одежды. А в 1939 году в парадно-выходную форму легионеров были введены галстуки цвета хаки и черные.

Галстуки так и остались бы воспоминанием о беззаботной довоенной жизни, если бы в 1945 году полковник Готье случайно не обнаружил на складе огромную партию галстуков, принадлежавших участникам полувоенного движения в Северной Африке «Chantiers de jeunesse». Эту организацию после «перемирия» с немцами и разгона французской армии создала в свободной от немецкой оккупации зоне патриотическая молодежь. Внешне она была похожа на скаутскую, но в действительности ее члены проходили начальную военную подготовку. Самое удивительное, что галстуки были одного цвета с «легионерскими» зелеными! Их раздали легионерам, и те начали с удовольствием их носить — теперь они отличались от остальных еще и галстуком!

Сегодня зеленый галстук и белое кепи считаются символами легиона, о чем поется в популярной легионерской песне «Зеленый галстук и белое кепи», давно сочиненной кем-то в Алжире:

Зеленый галстук, белое кепи:

«Куда идешь, веселый легионер?»

«Иду я туда, где радость ждет меня!

Небо чисто, месяц сияет

И отражается в серебре,

Что потрачу я в Бель-Аббесе.

Там вино заискрится в моем стакане,

Там встречусь с красоткой своей,

Что мне доверяет и верность хранит…»

И так далее… Но заканчивается эта веселая застольная песенка тем, что легионер идет туда, «где ждет меня Господь в раю средь света и облаков», и он «предстанет пред святым Петром, который держит свои серебряные ключи», а все потому, что завтра легионер уже снимет свою выходную форму и снова наденет повседневную — «зеленую епитрахиль и белый нимб».

Иностранный легион — единственное в мире армейское подразделение, в форме которого всегда присутствовали предметы национальной одежды разных народов. Это связано не только со спецификой выполняемых задач — покорение диких племен и борьба с повстанцами их же методами, — но и с удивительной способностью легионеров адаптироваться к местным условиям. Разумеется, к чести командования, такая «ассимиляция» не только не возбранялась, но и поощрялась, как и любые дружеские контакты с местным населением. Эта традиция продолжается до сих пор, хотя и дает сбои в Афганистане.

Все это было бы пустыми словами, если бы не несколько характерных примеров. Так, все тот же легендарный Ролле, будучи совсем молодым офицером, в 1905 году в конных ротах пехотных полков Алжира и Марокко ввел в качестве сменной обуви эспадрильи — испанские тапочки из хлопка на веревочной подошве. Затем их заменили на наиль — кожаные сандалии, которые носят кочевники в пустыне. Тогда же и стали носить шеш — отрезок легкой хлопковой ткани длиной 2 метра 20 сантиметров при ширине 90 сантиметров. Конные легионеры носили их, перевязав крест-накрест на груди, чтобы отличать своих среди других всадников. Такие же шеши, только синие, носили туареги, поэтому их стали называть «синими людьми». Шеш лучше всего прикрывает голову и шею от ожога, а если его завязать на манер туарегов, то во время песчаной бури он спасет от зноя, а через щель можно что-то и увидеть, особенно если надеть очки. Шеш песочного цвета или традиционный белый до сих пор является атрибутом легионера в Джибути и других пустынных районах мира (британский SAS использует в тех же целях бедуинский агаль).

В 1950-е годы в легионе были созданы специальные мобильные подразделения в пустыне — сахарские мобильные роты. В основе их формы использовалась традиционная одежда мехаристов — погонщиков верблюдов. Особой красотой отличалась парадная форма: белая накидка бубу, которую носят в Сахеле, черные или белые шаровары с вышивкой и сандалии наиль из мягкой, специально выделанной кожи, позволяющие проделывать долгие переходы. А зимой носили бурнус, как принято у арабов. На теплый бурнус синего цвета сверху накидывался еще один — белый. Вместо подсумков для обойм — кожаный патронташ. Как принято в этих местах, он надевался крест-накрест поверх груди, что позволяло легко двигаться и защищало от пуль в бою.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Продолжение на ЛитРес

Читайте также

УНИФОРМА

УНИФОРМА Полицейская униформаПервоначально подразделение «Геринг», естественно, получило стандартную униформу государственной полиции. В первые несколько месяцев существования части это была старая темно-синяя форменная одежда прусской полиции, но в июле 1933 г.

УНИФОРМА И СНАРЯЖЕНИЕ

УНИФОРМА И СНАРЯЖЕНИЕ С 1902 по 1939 г. стандартная униформа британской армии — служебная униформа (Service Dress) — шилась из шерстяной материи цвета хаки. Она была принята на основании приказов по армии за номерами 10, 40 и 251 от 1902 г. Служебная униформа хорошо служила британским

VII. Формирование легиона

VII. Формирование легиона Римляне побеждали все нации своей дисциплиной; они постоянно совершенствовали свои знания о войне и легко отказывались от старых обычаев, если находили им лучшую замену. В этом отношении они отличались от галлов, которых били в течение нескольких

Василий Журавлёв Повседневная жизнь Французского Иностранного легиона: «Ко мне, Легион!»

Василий Журавлёв Повседневная жизнь Французского Иностранного легиона: «Ко мне, Легион!» Благодарю за помощь в написании этой книги: профессора исторического факультета МГУ Николая Борисова, командира танкового эскадрона Фредерика Дагийона, командира батальона

Праздники легиона

Праздники легиона Конечно, главный праздник для легионера — это выигранный бой, без потерь.И все же во Французском Иностранном легионе два самых главных праздника: 30 апреля и 24 декабря. Один — это «Камерон», годовщина боя при Камероне в Мексике в XIX веке, а второй —

Музыка легиона

Музыка легиона Музыка и песни в легионе давно уже стали традицией. Для военного человека музыка порой важнее, чем для штатского. Для легионера — особенно. Это признание его заслуг и того, что он не зря рисковал своей жизнью. Музыка и песни легионеров — воспоминания о

Источник